по страницам  Брачной Газеты



Октябрь 1917
Сентябрь 1917
Август 1917
Июль 1917
Июнь 1917
Май 1917
Апрель 1917
Март 1917
Февраль 1917
Январь 1917
Декабрь 1916
Ноябрь 1916
Октябрь 1916
Сентябрь 1916
Август 1916
Июль 1916
Июнь 1916
Май 1916
Апрель 1916
Март 1916
Февраль 1916
Январь 1916
Декабрь 1915
Ноябрь 1915
Октябрь 1915
Сентябрь 1915
Август 1915
Июль 1915
Июнь 1915
Май 1915
Апрель 1915
Март 1915
Февраль 1915
Январь 1915
Декабрь 1914
Ноябрь 1914
Октябрь 1914
Сентябрь 1914
Август 1914
Июль 1914
Июнь 1914
Май 1914
Апрель 1914
Март 1914
Февраль 1914
Январь 1914
Декабрь 1913
Ноябрь 1913
Октябрь 1913
Сентябрь 1913
Август 1913
Июль 1913
Июнь 1913
Май 1913
Апрель 1913
Март 1913
Февраль 1913
Январь 1913
Декабрь 1912
Ноябрь 1912
Октябрь 1912
Сентябрь 1912
Август 1912
Июль 1912
Июнь 1912
Май 1912
Апрель 1912
Март 1912
Февраль 1912
Январь 1912
Декабрь 1911
Ноябрь 1911
Октябрь 1911
Сентябрь 1911
Август 1911
Июль 1911
Июнь 1911
Май 1911
Апрель 1911
Март 1911
Февраль 1911
Январь 1911
Декабрь 1910
Ноябрь 1910
Октябрь 1910
Сентябрь 1910
Август 1910
Июль 1910
Июнь 1910
Май 1910
Апрель 1910
Март 1910
Февраль 1910
Январь 1910
Декабрь 1909
Ноябрь 1909
Октябрь 1909
Сентябрь 1909
Август 1909
Июль 1909
Июнь 1909
Май 1909
Апрель 1909
Март 1909
Февраль 1909
Январь 1909
Декабрь 1908
Ноябрь 1908
Октябрь 1908
Сентябрь 1908
Август 1908
Июль 1908
Июнь 1908
Май 1908
Апрель 1908
Март 1908
Февраль 1908
Январь 1908
Декабрь 1907
Ноябрь 1907
Октябрь 1907
Сентябрь 1907
Август 1907
Июль 1907
Июнь 1907
Май 1907
Апрель 1907
Март 1907
Февраль 1907
Январь 1907
Декабрь 1906
Ноябрь 1906
Октябрь 1906
Сентябрь 1906
Август 1906
Июль 1906
Июнь 1906
Май 1906
Апрель 1906
Март 1906
Февраль 1906
Январь 1906
Декабрь 1905
Ноябрь 1905
Октябрь 1905
Сентябрь 1905
Август 1905
Июль 1905
Июнь 1905
Май 1905
Апрель 1905
Март 1905
Февраль 1905
Январь 1905
Декабрь 1904
Ноябрь 1904
Октябрь 1904
Сентябрь 1904
Август 1904
Июль 1904
Июнь 1904
Май 1904
Апрель 1904
Март 1904
Февраль 1904
Январь 1904
Декабрь 1903
Ноябрь 1903
Октябрь 1903
Сентябрь 1903
Август 1903
Июль 1903
Июнь 1903
Май 1903
Апрель 1903
Март 1903
Февраль 1903
Январь 1903
Декабрь 1902
Ноябрь 1902
Октябрь 1902
Сентябрь 1902
Август 1902
Июль 1902
Июнь 1902
Май 1902
Апрель 1902
Март 1902
Февраль 1902
Январь 1902
Декабрь 1901
Ноябрь 1901
Октябрь 1901
Сентябрь 1901
Август 1901
Июль 1901
Июнь 1901
Май 1901
Апрель 1901
Март 1901
Февраль 1901
Январь 1901



Уход Льва Толстого

Четвероногие  друзья

Письмо графини Толстой

Пьянство в Берлине

Предсказания на 1909 год
Олимпиада в Лондоне 1908

Доппингъ

Расстрел сербской  королевской семьи

кишиневский погром 1903 года

наводнение 1908 года в России

Двойник Церетели

Гибель Петропавловска

Наводнение в Москве

Отлучение  Толстого

Фальшивая тиара

Алкоголизм в Петербурге

Бомбардировка Владивостока

Медведь в багаже

Сколько стоил пуд  хлеба?

На главную

1901

1902

1903

1904

1905

1906

1907

1908

1909

1910

1911

1912

1913

1914

1915



Русский корреспондент в Японии

22 (09) декабря 1904 года


Корреспондент "Русского Слова" в Японии


Вчера нами получена следующая телеграмма от нашего корреспондента В.Э. Краевского, командированного нами в Японию.

САН-ФРАНЦИСКО. Был в Иокогаме, Токио, Осака, Киото, Симоносеки, Нагасаки, Матцуяме. Фотографировал пленных. Осматривал госпитали, укрепления, войска. Присутствовал при митингах. Везу массу фотографий. Интервьюировал высокопоставленных японцев. Сегодня здесь посетил нашу "Лену". Еду в Россию.
Краевский.



-Редакция имеет для вас маленькое предложение. Но над которым следует очень подумать!
- Я слушаю.
- Во время войны отправить корреспондента ко врагу. Кажется этого не делала ни одна газета!
-Кажется!
- Отправить сейчас корреспондента в Японию. Пусть объедет страну, посмотрит, что там, действительно, делается, и, возвратившись, расскажет нам правду, как очевидец.
- Это было бы интересно.
- Редакция предлагает это вам.
В.Э.Краевский, надо отдать справедливость, думал не менее двух секунд.
- Я согласен.
Его второй фразой было:
- Я еду с удовольствием!
На третьей он уже хохотал и говорил с восторгом:
- Послушайте! Да ведь это значит «переяпонить японцев».
Такой разговор происходил 3-го сентября в редакции «Русского Слова».
- Все это очень хорошо. Но вы должны помнить о риске. Если узнают, что вы русский? Вряд ли кто-нибудь поверит, что вы мирный корреспондент, и тогда вам предстоит…
- Будем лучше говорить о том, как лучше «переяпонить самих японцев».
И мы занялись выработкой подробного плана поездки.
С произведениями В.Э.Краевского читатели познакомятся в скором времени на страницах нашей газеты.
А теперь позвольте рекомендовать его вам в нескольких словах.
Разговор с ним о поездке теперь, сейчас в Японию занял не больше трех минут.
- Когда вы думаете собраться в эту поездку? – спросили мы В.Э.Краевского.
- В полчаса я думаю, буду готов.

Палуба броненосца «Хатцузе» со всей командой, погибшей вместе с судном под Порт–Артуром (около 900 чел.)
Фотография привезенная В.Э. Краевским из Японии


Человек, имея всего-навсего 30 лет на плечах, не только изъездил всю Европу, - жил в Шанхае, в Сингапуре, в Харбине, в Мукдене, в Порт-Артуре.
«Век с англичанами, все английская складка», - его скорее можно принять за молодого англичанина, за американца, - чем за русского. По манере держаться, по привычкам, по его невозмутимому спокойствию. Он говорит по-английски так же, как по-русски. Это его второй «родной язык».
Это был лучший выбор, чтобы обмануть даже японскую бдительность.
-Послушайте! – предупреждали мы, - для редакции есть еще исход: пригласить корреспондента англичанина. И затем перевести то, что он напишет.
-Нет! Это будет не то! Весь шик состоит в том, чтобы именно русскому корреспонденту пробраться теперь в Японию. Пусть русский журналист «даст несколько очков вперед» американцам.
Конечно, это было соблазнительно.
Иметь своего свидетеля-очевидца сейчас в Японии.
- Но вы столько ездили по Востоку, долго жили в Мукдене, в Харбине, в Порт-Артуре. Теперь все эти японские «парикмахеры» «лавочники», которые вас видели там… Одна случайная встреча…
- Конечно, в этом предприятии есть некоторая опасность.
Быть принятым за шпиона и повешенным - он называет «некоторой» опасностью.
- Но это и придает предприятию пикантность.
И через два дня, 5-го сентября, мы на брестском вокзале простились с нашим добрым другом.
- Будьте осторожнее! – крикнули мы ему в последний раз, когда поезд уже тронулся.
- Good by, - ответил он нам с площадки вагона.
И «предприятие» В.Э.Краевского, сопряженное с «некоторой» опасностью быть повешенным – началось.
После телеграммы из Лондона, - еще через 10 дней мы получили телеграмму из Нью-Йорка:
- Прибыл. Все делается по плану. Краевский.
В Нью-Йорке г. Краевский оказался большим любителем всего американского. От шляпы до ботинок, от чемодана до зубных щеток.
В Нью-Йорке джентльмен повел себя довольно странно.
Он облекся во все американское, окружил себя исключительно американскими вещами, все свое европейское платье, белье, бумаги, запаковал в европейские чемоданы, отвез в транспортную контору и сдал на хранение.
Злейшие враги каждого, кто пускается в какие-нибудь таинственные приключения – прислуга в гостиницах. Прислуга, которая чистит платье, обувь, отдает в стирку белье. По штемпелю портного на вешалке платья, по штемпелю на пуговицах, по штемпелю на «ушках» ботинок, по метке магазина на рубашке она может заметить:
- Эге! Да у этого американца есть вещи не американские.
Через них полиция собирает первым долгом сведения.
И уже конечно, появление мало-мальски подозрительного иностранца в гостинице в Японии не прошло бы в теперешнюю пору незамеченным.
- Помните, как разыскивают по найденному трупу личность убитого. Первым долгом бросаются на метки, на белье, на штемпеля, на пуговицы. Часто все метки предусмотрительно вырезаны, лицо искажено до неузнаваемости. Но забыли отпороть вешалку у пиджака. «Портной такой-то, город - такой-то». Визитная карточка есть! Все открыто. Часто это просто пуговица, на которой оттиснута фирма портного! Это первая тропинка, по которой идет полиция. Помните, чтобы у вас нигде не было никакого пустяка, никакой мелочи, - не только с русским, с европейским клеймом. Пусть, даже если вы покажетесь подозрительным, роются без вас в ваших чемоданах, все осматривают. Никакой улики, никакой приметы, никакой «визитной карточки». Американец! У человека все американское! Вы должны заказать себе все платье, белье, обувь, купить все вещи в Нью-Йорке. По приезде в Японию все должно иметь вид уже подержанного, ношенного. Новые вещи - косвенная улика. При подозрении это играет большую роль. Предполагают, что человек не тот, за кого себя выдает. Новые вещи - это домино. Указание на то, что здесь устроен маскарад!
Так было выработано в нашей программе.

Учащаяся молодежь с флагами
Фотография привезенная В.Э. Краевским из Японии


9-го (22-го) октября В.Э.Краевский прибыл в Сан-Франциско и обнаружил необыкновенную заботливость о некоем мистере Перси Пальмере. Он первым долгом отправился в контору пароходного общества «Oriental and Occidental»:
- Есть ли свободная каюта на первом пароходе в Иокогаму?
- Достаточно ли удобно место?
- Прошу вас дать получше!
- Имя пассажира, сэр?
- Мистер Перси Пальмер, эсквайер.
Мистер Перси Пальмер, живущий надеемся, вполне благополучно, - в настоящее время в Австралии, был бы глубоко тронут такой заботливостью о нем совершенно постороннего человека, с которым он когда-то встретился и разболтался на пароходе в Индийском океане.
В день отплытия парохода в Иокогаму, - из «Palace Hotel» В.Э.Краевский вышел и исчез с лица земли. На пароход «China» вошел мистер Перси Пальмер, как две капли воды похожий на В.Э. Краевского.
Если бы мистере Пальмер показался в Японии кому подозрительным, и у него стали бы рыться в вещах, - не нашли бы ни одного носового платка, иначе как с меткой: - Р.Р.
На всякой книге была надпись «Palmer», на всякой вещи выгравированы эти инициалы. Нашли бы банковые аккредитивы и переводы на имя мистера Перси Пальмера. Нашли бы заказные письма, - писанные, правда, - в Москве и ехавшие до Америки в кармане г. Краевского, - но опущенные в Америке в разных городах и полученные в Сан-Франциско мистером Перси Пальмером. Доказательство «самоличности». Если бы к мистеру Пальмеру, любопытнейшему в мире туристу, которому нужно все видеть, обо всем расспросить, все знать, - подослали кого-нибудь расспросить среди разговоров:
- Есть ли у вас близкие люди в Америке?
Он ответил бы:
-Мы, Пальмеры, из Пенсильвании. Мой брат, Джемс, имеет там-то, такую-то фабрику. И если бы запросили по телеграфу Джемса Пальмера, эсквайера, фабриканта в одном из городов Пенсильвании, - он совершенно добросовестно ответил бы:
- Имею брата Перси, знаю, что он часто путешествует по Востоку, но в переписке с ним не состою.
Потому что такие люди, как Джемс и Перси Пальмер, действительно существуют на свете, родные братья и действительно в переписке друг с другом не состоят. Так были приняты по возможности меры предосторожности в этом предприятии, грозившем «некоторой» опасностью быть повещенным.
Итак мистер Перси Пальмер 12-го (25-го) октября на пароходе «China» отплыл из Сан-Франциско, чтобы через 18 дней очутиться по ту сторону океана среди японцев. Это была минута, когда самое бравурное настроение должно было испытать маленькое колебание.
Вот письмо, которое было послано В.Э.Краевским перед самым отъездом из Сан-Франциско одному из сотрудников «Русского Слова»:

Одна из декорированных улиц Иокогамы
Фотография привезенная В.Э. Краевским из Японии

«Dear Sir.
Вполне надежный человек, ваш знакомый, к которому вы рекомендовали мне обратиться в «веселом городе Фриско» (Сан-Франциско) – в высшей степени милый gentleman, - но когда в разговоре с ним я намекнул о своем желании проехаться по Японии, - он пришел в ужас и всячески старался отговорить от этой идеи. По его словам, японцы – столь дьявольски хитрый народ, что в первый же день моей высадки в Японии узнают мою национальность. Должен вам сказать, что я далеко не из «робких», но это при отличном знании вашим другом Японии и японцев, заставило меня несколько призадуматься. Так, он сказал, что если я поеду в Японию, он наверное будет считать меня пропавшим. Все высказанное им носит, однако, по моему мнению, несколько преувеличенный характер, и я полагаю, что он ошибается. Во вторник, 25-го октября, я еду. Если и погибну, - не откажите выпить несколько refraishments за упокой моей души.
«Jours truly В.Краевский alias Percy Palmer».
Следующим известием от милого мистера Перси Пальмера была «открытка» из Гонолулу, с Сандвичевых островов.
Их этого «города цветов», куда он попал по дороге на 12 часов, он слал свой привет:
- My best compliments going on to.
P.Palmer.
И вот, наконец, 12-го ноября нового стиля один из наших друзей в Лондоне получил Телеграмму из Иокогамы, которую он должен был письмом переслать нам в Москву.
- Arrived. Palmer. «Прибыл. Пальмер».
В факсимиле телеграмм, которые мы печатаем, имя и адрес лица, служившего нам передаточной инстанцией, мы, конечно, вычеркиваем.
Телеграмма привела нас в отличное настроение.
Русская газета, получающая во время войны телеграмму из Японии, - это не совсем ординарно.
Он дал телеграмму. Следовательно, дурное предзнаменование нашего друга из Сан-Франциско не сбылось. Японцы не узнали национальности «мистера» сейчас же по высадке на берег. Шанс на успех. Но начались дни тревоги.
Каждый день промедления вызывал мысль, от которой мурашки пробегали по коже.
- А вдруг его там…

Религиозная процессия на улицах Иокогамы
Фотография привезенная В.Э. Краевским из Японии


Но через 5 дней, 17-го ноября нового стиля, наш друг в Лондоне получил телеграмму, на этот раз из самой столицы вражеской страны. Эта телеграмма была особенно важна.
Что телеграфирует? Опят «аrrived»?
На нашем условном языке второе «аrrived» значило бы:
- Следят. Возбудил подозрение. Сам кругом заметил что-то подозрительное.
Но телеграмма была:
- Passed. Palmer. «Проследовал».
Это значило - все великолепно. Роль идет отлично. Все принимают за американца-туриста. Подозрительного ничего.
И снова 8 дней тревог.
До телеграммы, - снова в Лондон, - из Нагасаки.
- Compliments. Palmer.
Это была полная победа.
На нашем условном языке «best compliments» значило бы: «всех поручений редакции, по независящим причинам, исполнить не мог».
Просто «compliments», было условлено, означало:
- Поручения исполнены все.
Оставалось только благополучно выбраться из Японии.
Только!
С заходами снова в города Кобэ, Симоносеки, Иокогаму.
И вот, наконец, вчера мы вздохнули свободно.
Вчера мистер Перси Пальмер сошел с парохода в Сан-Франциско и исчез. В гостиницу приехал усталый от двух переездов Тихого океана и путешествия среди осторожных врагов В.Э.Краевский.
Он в Америке и в безопасности. Предприятие, сопряженное с «некоторой» опасностью быть повешенным, обошлось, к счастью, без этой маленькой подробности.
Нам оставалось только поздравить с этим телеграммой нашего сотрудника и поблагодарить его за блестяще исполненное с таким самоотвережением поручение редакции.
А задача была выполнена блестяще.

Уличные манифестации после взятия Ляояна
Фотография привезенная В.Э. Краевским из Японии

Он посетил главнейшие центры Японии: Иокогаму, Токио, Осака, Киото, Кобэ, Симоносеки, Нагасаки, Токио - этот Петербург и Киото - Москву Японии.
Он может сообщить о настроении, которое царит в Японии, как идет там жизнь. В Иокогаме, Нагасаки, где находятся самые большие доки, в больших портовых городах, в больших портовых городах, Кобэ, Симоносеки - он должен был посмотреть, что делается по части флота.
Осака – крупнейший промышленный центр. С В.Э. Краевским было условлено обратить особе внимание, как война отразилась на японской промышленности.
В Матцуяме он фотографировал наших, находящихся в плену.
Это входило непременным, - но и самым рискованным, - пунктом в его программу.
В.Э. Слишком много ездил по Востоку. Вдруг случайный знакомый моряк, который невольно, инстинктивно не сдержит восклицания, жеста, взгляда изумления при виде вдруг словно из-под земли выросшего в Японии русского!
Конечно, В.Э.Краевский должен был отнюдь не вступать с ними в беседу. Он должен был смотреть на них спокойно и с «любопытством», как смотрят туристы. Слыша на чужбине, среди вражеской страны, родную русскую речь, он должен был оставаться спокойным, беспристрастным.
Он слышал, как они беседуют между собой.
И думал ли кто-нибудь, могло ли притти в голову кому-нибудь из них, что здесь, около сильно бьется родное русское сердце!
По возможности, осмотр укреплений и войск входил также в программу нашего корреспондента. Точно также как осмотр госпиталей, расспрос через переводчика раненых японцев о сражениях.
Мы имеем достаточно русских рассказов о битвах.
Мы хотим слышать рассказ о тех же боях враждебной стороны. Мы хотим знать, какое впечатление на них произвели эти битвы. Мы хотим знать об их ранах, о действии нашего оружия.
Относительно интервью с выдающимися общественными, политическими и военными лицами Японии с В.Э.Краевским было условлено так:
- Приезжайте в Японию просто туристом, или деловым человеком – как лучше. Но раз все пойдет великолепно, - рискните на большее. Превратитесь в корреспондента американской газеты. Интервьюируйте. С американцем японцы на интервью пойдут охотно.

Группа друзей Японии
Фотография привезенная В.Э. Краевским из Японии

Очевидно «все шло великолепно», и рискнуть можно было и на это.
В качестве американца, посещая клубы иностранцев, вращаясь среди них в отелях, - наш корреспондент мог «корректировать» отзывы тех японцев, с которым он беседовал. Иностранцы, имеющие в Японии торговые дела, в беседах могли сообщить многое, что происходит в стране, чего они свидетели изо дня в день, но что находят японцы необходимым скрыть от глаз приезжего «американского журналиста». Задача, как мы видим по телеграмме В.Э.Краевского, исполнена вполне блестяще. Он сейчас в Сан-Франциско.
Ему остается «только» переехать Атлантический океан, Лондон с норд-экспрессом – Варшава, и в конце декабря он в Москве.
И с нового года мы начнем печатание фельетонов:
«ЯПОНИЯ В НАСТОЯЩУЮ МИНУТУ.
Отчет корреспондента-очевидца».


25 (12) декабря 1904 года


Русская печать

<...> Совсем «по американски», да на американца симпатичнейший В.Э.Краевский и походил всегда гораздо больше, чем на англичанина!
Лет шесть – семь тому назад он служил некоторое время в конторе «Одесского Листка». Летом, как истый англичанин пил «Wisky and soda-wather», а осенью - как настоящий американец, с несколькими рублями кармане выехал на Дальний Восток, на торговом английском судне, куда поступил матросом!
Отныне его корреспондентская карьера, несомненно, будет обеспечена... если он сумеет только так же ловко описать свои похождения, как проделал их.

Русский корреспондент в Японии
Банкет данный в честь японцев, англичан и американцев
Фотография привезенная В.Э. Краевским из Японии

27 (14) декабря 1904 года


В.Э.Краевский

ПАРИЖ, 13 (26) декабря. "Matin" под двумя крупными заголовками: "Смелый репортаж - как русский журналист посетил Японию под видом американца, рискуя быть повешенным", называет путешествие Краевского примером энергии и хладнокровия. <...>

ПАРИЖ, 13-го (26-го) декабря. В газетных кружках передают, что в японском посольстве точно громом поразило всех известие о Краевском. В Токио ведется расследование, допросы всюду, где побывал "Перси Пальмер".

01 января (19 декабря) 1905 года

В.Э.Краевский

САН-ФРАНЦИСКО, 18-го (31-го) декабря. Во всех крупных центрах Соединенных Штатов эпопея "Перси Пальмера" - Краевского не сходит со столбцов газет. Печатаются интервью с Краевским и даже "записки Краевского", конечно, апокрифические. Корреспондент самой распространенной нью-йоркской газеты "World" телеграфирует из Токио, что он несколько раз там обедал за одни столом с Пальмером, беседовал с ним, и принимал его за чистокровного "янки". Краевский держался сдержанно, сухо. "Он очень хвалил японские власти за то, что они особенно услужливы по отношению к нему, как к американцу. Для поднятия кредита в Америке, - говорил он, - они охотно показывают все".
По последним известиям из Токио, там из-за Краевского, даже за настоящими американскими корреспондентами японские власти следят по пятам.
Чтобы ослабить впечатление от предстоящих разоблачений Краевского, японские власти создали легенду, будто Краевский хотел устроить побег русских пленных, но неудачно, благодаря бдительности властей*).

*) Почему "бдительная" японские власти в таком случае не арестовали В.Э.Краевского. Ред.

05 февраля (23 января) 1905 года

ТЕЛЕГРАММЫ.

ПАРИЖ, 23.I. - 5.II. - "Echo de Paris", начав перепечатку серии писем Краевского, посвящает им следующее вступление: "Читатель знаком с беспримерным по отваге репортажем Перси Пальмера, который с риском для жизни проник во вражескую страну. Когда "Русское Слово" оповестило о путешествии Пальмера, то сообщение это вызвало огромную сенсацию во всем мире, особенно в Америке и Японии. Напрасно американские журналисты пустились по следам Краевского: он берег материал для своей газеты. Корреспонденты "Русского Слова" из разных пунктов земного шара предостерегли Краевского беречься японцев, которые очень желали бы лишить смелого журналиста ценного багажа. Но Краевский успел обходными путями благополучно прибыть. Статьи Краевского, - заключает газета, - превзошли все ожидания и представляют огромный интерес. <...>

15 (02) августа 1905 года

В.Краевскiй «Въ Японiи» 184 стр. Ц. 60 к.

08 мая (25 апреля) 1906 года


Московская жизнь

«Собственный корреспондент»

Вчера в 5 часу утра в управление 2-го участка Тверской части были доставлены два прилично-одетых господина, которые до 4 часов оставались в ресторане Большой московской гостиницы, здесь они довольно хорошо поужинали, требуя дорогих вин, а затем, когда «пришел расплаты час», устроили скандал; один из них изругал распорядителя Смирнова, пытавшегося успокоить «гостя». В участке один из доставленных оказался отставным подполковником П.И.П-вым, а другой на вопрос, кто он, - вынул из кармана номер журнала «Искры»*) и, указывая на помещенный там портрет, сказал: «вот кто я! Собственный корреспондент «Русского Слова», Краевский, ездивший в Японию».
В участке «собственный корреспондент» вел себя самым неприличным образом, и его до утра оставили в участке, а затем молодой человек, изящно одеты, в цилиндре был отправлен под конвоем двоих городовых в участок по месту жительства для удостоверения личности.

журналист "Русского Слова" Краевский
Портрет В.Э. Краевского
Журнал «Вокруг Света». 1905 год.

10 мая (27 апреля) 1906 года


Во избежание недоразумений, редакция считает нужным заявить, что г. Краевский с октября месяца прошлого года не состоит сотрудником «Русского Слова» и уже при объявлении о подписке на 1906 год в списке сотрудников не числился.
___________________________________

Примечание Сергея Сокуренко:

Остается добавить некоторые известные мне подробности о дальнейшей судьбе «мистера Пальмера».
Доставленный в полицейский участок, он не удержался и отпустил несколько крепких выражений в адрес Государя Императора, что сразу же перевело его деяния в более серьезный разряд, и сын надворного советника Владимир Эдуардович Краевский оказался под судом по обвинению в оскорблении Высочайшего Имени.
Кстати, это неприятное событие, судя по всему, ни как не отразилось на образе жизни Владимира Эдуардовича, о чем опять сообщили вездесущие репортеры «Московского Листка».
А «Дело по обвинению Краевского Владимира Эдуардовича, сына надворного советника, в оскорблении императора» тянулось и тянулось. 30 октября 1908 года Московский Окружной суд приговорил Краевского к 3 месяцам тюрьмы. Подсудимый в зал заседаний не явился, и полиция получила предписание разыскать его на всей территории Российской империи. Но это оказалось не простой задачей, так как бывший «мистер Пальмер» не сидел на одном месте, перемещаясь из Москвы в Одессу и обратно, меняя адреса меблированных комнат.
Владимир Эдуардович, хоть и скрывался, но сумел добиться пересмотра дела, и в 1911 году приговор уменьшили до 1 месяца.
Но беглеца не устраивало и столь малое наказание, поэтому он не спешил отдавать себя в руки закона. И все же весной 1914 года наш герой очутился за решеткой.
Последним известным фактом из биографии Краевского стало его пребывание в камере Сущевского полицейского дома. Отсюда он послал письмо другу юности Валерию Брюсову, умоляя достать 50 рублей для освобождения под залог.
Взывал Краевский о помощи и к другим знакомым (Дорошевичу, Вас.И.Немировичу-Данченко) но ответили они или нет, и что случилось дальше со знаменитым когда-то «мистером Пальмером» я не знаю.

28 (15) мая 1914 года


(письмо В.Э.Краевского к Вас.И.Немировичу-Данченко. РГАЛИ. Фонд 355. Опись 1. Ед. хранения 32)

Москва 15 мая 1914 г.

Многоуважаемый Василий Иванович!

Волею злого рока, который преследует меня с энергией, достойной лучшего применения, я заточен в заключение в Сущевский полицейский дом впредь до внесения мною залога в размере 50 рублей, которые не имею.
Заключен я по распоряжению Москов. Окр. Суда за проступок, совершенный мною 2 года тому назад в состоянии невменяемости, и в перспективе – предварительное заключение в Таганке и, может быть лишение прав (по рождению я дворянин). – Проступок совершенный мною, сам по себе не стоит выеденного яйца, но прокурорский надзор смотрит с другой точки зрения.
Умоляю Вам, Василий Иванович, спасите меня и дайте мне возможность выйти из «беста» и даю Вам слово, что не буду уклоняться от суда и, следовательно, залог внесенный за меня, не пропадет.
Ведь стоит же моя дворянская фамилии и мое прошлое 50 руб.!
Сижу я уже 2 недели и, дней 10 тому назад, писал Власу Михайловичу, но, пока, ответа нет.
Я вспомнил о Вас и полагаю, что Ваша постоянная отзывчивость к несчастию других распространится и на меня, действительно несчастного, со дней революции человека. Моя жена должна будет умереть с голоду, если мое заточение продлится продолжительное время, так как, на свободе, кое что зарабатывал и вообще управлял рулем корабля нашей совместной жизни.
Моя мать, получающая мизерную пенсию, также зависит от меня. Таким образом от моей свободы зависит благополучие двух существ. Прошу извинений, что может быть расстраиваю Ваше хорошее расположение духа чтением сих строк – но «la force des circonstances заставляет меня просить помочь мне в трудную пору моей жизни. Желаю Вам всего хорошего, извиняюсь, что пишу карандашом, но «dans la prison», нет нужных письменных принадлежностей, чернил очень мало и писать приходится контрабандным путем.
Жду и надеюсь!
бывший корреспондент в Японии Владимир Эдуардович Краевский (Percy Palmer).
Адрес: Москва - Сущевский полицейский дом. Камера №15, Владимир Эдуардович Краевский.
P.S. Может быть Вы переговорите о моей судьбе с П.Боборыкиным, знающим меня, несколько, по газетам и Monte Carlo.

29 (16) мая 1914 года

(письмо В.Э.Краевского к В.Я.Брюсову - РГБ. Отдел рукописей. Фонд 386. Картон 90. Ед. хранения 35)

16 мая 1914 г. Москва

Валерий Яковлевич!
По странному стечению обстоятельств мне приходится, еще раз, /do not fhink bad of me/ обратиться к Вам, хотя у меня осталось еще в памяти Ваше выражение «я привык тратить свои деньги на себя», с просьбой финансового характера.
Дело в том, что «Moment an» я, Влад. Эд. Краевский, сижу в бесте, в Сущевском полицейском доме, куда я попал волею злого рока, преследующего меня вот уже почти 4 года.
В перспективе предварительное заключение в Таганской тюрьме, если только не найдется добрая душа, которая внесла бы за меня залог в сумме £5 (50 рублей).
Заключен я по претензии Моск. окр. суда за преступление караемое тюремным заключением до 8 месяцев и лишением прав.
Должен сказать Вам, что фактически в этом преступлении я виноват также как и король Испании, но чрезвычайно странные обстоятельства, которые могут выяснится только при разборе дела, пока сложились против меня и de facto мне приходится считаться с печальной действительностью моего настоящего положения.
Накануне моего ареста я собирался покинуть Москву с ее гнусными обитателями и уехать заграницу для проведения в жизнь одного проекта, осуществление которого дало бы мне возможность жить припеваючи, но – но- fatalite и я под замком.
Не буду напоминать о нашем прошлом: о игре в шахматы в Одинцове и т.д. - это все для Вас не важно ибо tempora mutantur, а просто прошу Вас сделать для меня в некотором роде «obligement» - выкупите меня не из Ломбарда, а из тисков Окружного суда! Ведь стоит же моя фамилия £5 фунтов стерлингов!
Напрашивается вопрос почему я не обращусь к Русскому Слову и всем gentelmen’ам Editorial Room’s этой газеты?
Но как-то в разговоре с Вами, я рассказал о пистолетном выстреле, послужившем причиной моей размолвки с этими gentelmen’ами и, следовательно на них мне надеяться нечего. Мои же личные средства равны в настоящее время 0-лю.
Да и вообще я никогда не обладал способностью удерживать деньги –
Игра, разврат, пьянство, благотворительность и путешествия (globe trotting) поглотили мои средства.
Поговорите о моей судьбе с А.И.Куприным, К.Бальмонтом и другими. Неужели меня нельзя выкупить?
Sir – вспомните Oskar’a Whilde.
Есть нечто общее в моей судьбе с Whilde’ом (конечно в смысле познания тюрьмы) – Не смейтесь!
My best compliments.
(P.Palmer) W.E.Kraewskie.

Адрес: Москва. Сущевский полицейский дом. Камера №5.
Владимиру Эдуардовичу Краевскому.


1901

1902

1903

1904

1905

1906

1907

1908

1909

1910

1911

1912

1913

1914


На главную.


Все права защищены и охраняются законом. Свободное некоммерческое использование материалов "Газетных старостей" в Интернете, допускается при условии указания авторства "Газетных старостей" и активной ссылки на "http://starosti.ru"
Печатное использование только с согласия автора-составителя.


В Японии



Перелет Петербург - Москва

Всеобщий Русский Календарь на 1910 год

История авиации в газетах

японская война

Дирижабль над Москвой

Казенка №1

Юбилей дяди Гиляя

по страницам  Брачной Газеты

Убийство португальского короля.

Что пьют русские писатели?

Бритые старухи

Наследство гетмана

Принцесса-убийца

Кому муж нужен?

Долой ЯТЬ

Как ловили японских  шпионов

Хроника ХУДОЖЕСТВЕННОГО скандала Новогодний прогноз

Как добывали  деньги на революцию

А.Д.Вяльцева в Харбине

Похищение скрипки Страдивари.

Утка по-петербургски

1 000 000 в матрасе

Кое-что за предыдущие года

Наш  человек в Японии

Кое что сбылось!


Индекс цитирования